Уильям Гершель. Музыкант и астроном, раздвинувший границы Солнечной системы.

Работа исследователя или изобретателя со стороны похожа на игру в прятки: все, что нужно сделать, это сосредоточиться, сказать «я иду искать!», открыть глаза, поискать и найти. Казалось бы, все просто. Это когда знаешь, что искать. Но как найти то, о чем просто никто не знает и даже не задумывался? Какая сила заставляет этих бесстрашных исследователей погружать свое сознание в непознанное? Что позволяет им заглянуть в будущее, используя не только интеллект, но и интуицию?
За многие тысячелетия человечество, пытливо вглядываясь в ночное небо, научилось отличать планеты от звезд. Это теперь каждый школьник знает об устройстве Солнечной системы и ее девяти планетах (оставим в стороне споры о Плутоне). Это теперь, разбалованные техническим прогрессом, мы лениво просматриваем утреннюю ленту новостей и совсем не удивляемся многочисленным открытиям. А ведь всего триста лет назад человечество было уверено, что Солнечная система заканчивается на границе орбиты Сатурна. Обнаружив Уран, Гершель не просто открыл новую планету, он расширил границы восприятия Солнечной системы.
Уильям Гершель родился в 1738 году в Ганновере в семье бедного музыканта и, по традициям того времени, унаследовал ремесло отца. Если бы не врожденная страсть к творчеству, возможно, Гершель прожил бы тихую размеренную жизнь, давая частные уроки музыки и подрабатывая органистом в местной церкви. Однако он не стал довольствоваться этим, а начал писать музыку сам. Изучение теории музыки привело его к математике, математика к оптике, а оптика — к астрономии.
Наблюдать за звездами — гораздо более затратно, чем записывать музыку сфер. Если композитору для работы достаточно бумаги и чернил, то астроному необходимо иметь массу сложного оборудования, в том числе и телескоп — недоступную для бедного учителя музыки техническую роскошь. Неутомимый Гершель не стал долго думать, где раздобыть денег на телескоп, он решил создать его сам. Свой первый скромный полутораметровый телескоп он собрал в 1773 году, в возрасте 35 лет. Информационная база, доступная Гершелю, была более чем скудной: в его распоряжении имелась лишь пара книг по астрономии. Посему создание этого телескопа стало не только технологическим прорывом, но и настоящим трудовым подвигом. Приготовление сплавов, шлифовка линз и зеркал — все делалось исключительно вручную.
Следующие восемь лет Гершель не только упорно исследовал звездное небо, но и неустанно совершенствовал свое оборудование. Новые наблюдения ставили перед ним новые вопросы, а для поисков ответов требовалось все более мощные приборы. Этот, казалось бы, замкнутый круг привел к тому, что к 1781 году в распоряжении Гершеля имелся 12-метровый телескоп — небывалая по тем временам оптическая мощь.
Уран, как небесный объект, астрономы видели и ранее, но все они принимали его за неподвижную звезду. И вот, 13 марта 1781 года настал черед Гершеля, который, наблюдая параллакс звезд, заметил Уран, поначалу приняв его за туманность или комету. Однако спустя несколько дней он понял, что ошибся. Дело в том, что диаметр звезд, в отличие от планет, не изменяется пропорционально при использовании линз разной мощности. Наблюдая Уран с различным увеличением, Гершель обнаружил, что размер предполагаемой «кометы» также изменялся. Это однозначно доказывало, что перед ним не звезда, поскольку размеры взятых для сравнения звезд не изменялись при смене линз.
Следующие несколько месяцев наблюдений продолжали вносить сумятицу в умы астрономов. Хорошо, это не звезда. Стало быть, комета. А что же еще, не планета же? Но если это комета, то почему не видно ни ее головы, ни хвоста? Расчеты показали, что расстояние от земли до этого объекта превышает расстояние от Земли до Солнца в 18 раз! Ни одной известной кометы с таким перигеем известно не было. В результате, после мучительных сомнений, наблюдений и расчетов, Уильям Гершель написал президенту королевского общества Джозефу Банку: «Наблюдения самых выдающихся астрономов Европы доказали, что комета, которую я имел честь указать им в марте 1781 года, на самом деле является планетой нашей Солнечной системы».
Так довлевшая над умами ученых догма о том, что орбита Сатурна — это край Солнечной системы, была разрушена. Позволив себе предположить невозможное, доверившись не только научным аксиомам, но и интуиции, Уильям Гершель открыл двери к изучению новых рубежей космоса. Ведь если нашелся Уран, логично предположить что там могут быть и другие планеты? И спустя всего 13 лет, несколько астрономов независимо друг от друга открыли Нептун, следующую за Ураном планету Солнечной системы.

Скачать